Наталья КУЗНЕЦОВА.

«ПОДИУМ» (история любви)


Димитровградский театр-студия «Подиум» Владимира Казанджана в прошлом году отметил 10-летие. И все это время он «проживает» в помещении Дворца культуры «Строитель». На первый взгляд, театр как театр - вывеска, афиши, вешалка, кафе, портреты актеров, зальчик на 80 зрителей. Похожих много... в столицах. А вот в нашей губернии такой театр, пожалуй, единственный в своем роде. Об этом театральном коллективе мы и собираемся вам рассказать.

ПАПА

ВЛАДИМИР КАЗАНДЖАН - он же Степаныч, он же папа, он же бессменный руководитель, режиссер и актер «Подиума». Все здесь - от стен до спектаклей - с любовью создавалось его руками.

Казанджан уважает в каждом из своих единомышленников личность. Интеллигентен и добродушен в общении. Хотя переходить грань дозволенного в отношении с ним не решается никто. Казанджан пусть и любвеобильный, но все же Скорпион. А главное, что объединяет вокруг него людей, - талант. И еще - умение вовлекать в театральную стихию. Режиссеру интересны и классическая, и современная пьесы. В афише театра - Чехов и Пушкин, Гоголь и Островский, Филатов и Ворфоломеев. И в каждого из этих авторов Казанджан влюбляется безоглядно....

Итак, вы поняли: основа замечательного явления под названием театр-студия «Подиум» - любовь.

ДЕТИ (они же - актеры)

ОЛЬГА ТРОИЦКАЯ - учитель русского языка и литературы Димитровградского многопрофильного лицея. Но учитель непростой. Десять лет назад она была признана «Лучшим учителем года». Сейчас ведет еще и уроки театра. Ученики обожают ее так, что сами становятся актерами «Подиума». Троицкая играет Ольгу в «Трех сестрах» Чехова, Лауру в «Маленьких трагедиях» Пушкина, Агафью Тихоновну в «Же- нитьбе» Гоголя, Женю в «Сочельнике для двоих» Ворфоломеева. Последняя прошлым летом была признана «Лучшей ролью» на театральном фестивале в Перми. А еще Ольга Троицкая пишет заме-чательные песни.

СЕРГЕЙ БОРИСОВ - психиатр-нарколог.Подколесин в «Женитьбе», Вершинин в «Трех сестрах», Раздеваев в «Сочельнике для двоих». Любимый спектакль актера - «Маленькие трагедии»: он и Дон Гуан, и Скупой, и Сальери. Актеру, как и его герою Вершинину, «сорок третий год», и «Подиум» занимает в его жизни большую часть - «и по времени, и по сути».

«Театр помогает мне в основной профессии. Ведь врач непременно должен расположить к себе пациента. А наркологу (я работаю в основном с подростками) приходится решать еще и личностные проблемы молодого человека.»

На вопрос: «Не приходилось ли применять знания врача-нарколога в театре?» - Сергей отвечает твердо: «Нет. Если и замечал, что кто-то из актеров позволяет себе лишнего, хватало разговора по душам».

Сам Борисов употреблять предпочитает коньячок, и в разумных пределах. По стечению обстоятельств, в спектакле «Сочельник для двоих» он играет спившегося актера, которого возвращает к нормальной жизни любовь. Кстати, доктор часто приглашает на спектакль своих пациентов. Помогает.

«Оба дела - лечить и играть - доставляют мне одинаковое удовольствие. Но разница все же есть: от врачевания еще и деньги получаю, а за счастье творить на сцене готов платить сам».

АЛЕКСАНДР САУЭР - инженер. Пришел в «Подиум» из НИИАРа. Сейчас заведует постановочной частью театра и играет Бальзаминова, Тузенбаха, репетирует Лаэрта в «Гамлете». Сашу в театре любят все. И все, не скрывая слез, плакали на прощальном бенефисе Сауэра, когда провожали его в Германию два года назад. У Александра тогда заболел отец. Наши врачи оказались бессильны. А в Германии жили родственники и была клиника, дающая надежду на излечение. Саша уехал.

С тех пор третью рюмку на каждом празднике друзья пили за его удачу. Пожил Сауэр за границей, купил себе народный автомобиль «Фольксваген», поставил отца на ноги. Потом продал «Фольксваген» и вернулся в Димитровград. В свой театр.

..В труппе еще два десят- ка актеров. И, уверяем вас, все они - люди уникальные.

«ТРИ СЕСТРЫ» (или Чехов Владимира Казанджана)

Спектакль по пьесе Чехова «Три сестры» Казанджан посвятил 100-летию ее первого представления на сцене Художественно-общедоступного театра (в 1901 г. так назывался легендарный МХАТ). Спектакль тогда ставил Станиславский, он же играл Вершинина. А великие актрисы Савицкая, Книппер и Андреева навсегда остались в истории российского театра сестрами Прозоровыми.

И в спектакле Казанджана - мхатовская закваска. На маленькой сцене «Подиума» пытаются воссоздать ту самую «жизнь человеческого духа». Столичный театральный критик Алексей Шульпин так выразил свои впечатления от увиденного: «Смелый режиссер. Пошел по самому сложному пути, выбрав традиционное решение - захотел дотянуться до Чехова. И не проиграл».

Казанджан бережно следует каждой ремарке автора. При этом музейности здесь нет. Все достоверно - от костюмов до чувств. Перед нами не герои, а живые люди. Они говорят, как мы. Любят, как мы. Как мы - несчастны...

Старшая сестра Ольга (актриса О. Троицкая) самодостаточна и образованна, живет по законам разума и пасует разве что перед откровенным хамством.

Маша (О. Мынцова-Жмайло) - самая счастливая из сестер. Потому что любима. И готова к любви, даже «урывочками». В ее понимании такие чувства - не трагедия. Просто ее Вершинин не может иначе, и с этим ничего не поделать...

Муж Маши – Кулыгин (С.Корниенко) – очень обоятельный и очень довольный жизнью человек. Жаль, что за его обаянием плохо просматривается трагедия любящего человека, страх постылого мужа.

С. Борисов показывает Вершинина безусловным мужчиной, настоящим полковником. Это - бравый гусар, лихо флиртующий с предметом своей страсти, и нежный любовник. Его взгляды сводят с ума не только Машу, но и всех женщин в зрительном зале. Однако в трагических сценах ему не хватает глубины. Видимо, поэтому режиссеру приходится в сцене прощания героев прибегать к помощи более выразительной музыки...

Ирина (Е. Казанджан) - самая чеховская работа. Актрисе подвластны и легкая комедия в начале спектакля, и высокая трагедия в финале. Девочка превращается в мудрую женщину, готовую любить. Даже Тузенбаха.

Его играет С. Шляконов, актер особой индивидуальности. Немного напоминающий Олега Даля. Та же ироничная манера вести разговор, те же тонкие нескладные руки, глубокий взгляд. Еще один образ в спектакле Казанджана, который режиссер не смог лишить трагичности.

По общему впечатлению, эти «Три сестры» слишком оптимистичны. Даже тема «в Москву, в Москву...» уходит на второй план: герои и в провинции находят жизненный интерес. Режиссер будто боится представить на суд и без того несчастного зрителя еще одну безрадостную «чернуху». Поэтому в финальной сцене главная мысль для Казанджана складывается из животворящего «Будем жить!», а не отчаянного «Если бы знать!».

Но там, где это необоснованно, автор начинает неумолимо мстить.

Поэтому Андрей, сыгранный А. Скворцовым, к сожалению, однообразен. Он - малодушный подлец. А ведь у Чехова Прозоров в последней сцене плачет. Не от счастья же, что остается один... Это же почти Иванов!

Его жена Наташа (И. Скворцова) очень красива, хоть и отвратительна в своих проявлениях. Идеальное воплощение характера! Здесь, я думаю, Станиславский непременно воскликнул бы: «Верю!». Очень достоверен и Соленый (Алексей Айруллин) - в меру туп, в меру смешон.

А вот Чебутыкин заслуживает особого разговора. Его играет сам режиссер. Ему удается создать образ одновременно конкретного человека и целого явления. Будто сама Россия уходящая благословляет нас его словами: «Летите, мои милые». А когда Чебутыкин-Казанджан говорит в финале, обращаясь в зал: «Поплачьте!» - мы охотно повинуемся...

В спектакле отсутствуют второстепенные персонажи Федотик и Роде. Да что о них! Даже в мощной труппе Ульяновского театра драмы, где можно отыскать несколько федотиков, непросто распределить роли трех сестер.

Идея постановки проста: уходит старая Россия, приходит новая. И от нас самих зависит, как мы будем жить. С любовью и верой. Или без них. Если бы знать... Знать так, как знают актеры театра «Подиум».


«Актёрский дом», октябрь 2001г.